Женщины графа Ланзбури  - Хелен Диксон

– Что «потом»? Умер? Мой отец был хорошим человеком, мисс Спеллинг, любящим, заботливым, – она бросилась на защиту отца, стараясь сдерживать гнев, – и вы оскорбляете меня своими намеками. До самой смерти он отличался отменным здоровьем. Он не знал, что скоро умрет. И он многому научил меня – в основном тому, как справляться с трудностями. Что я и делаю.

На какой-то миг воздух между ними, казалось, задрожал от напряжения. Но даже если резкость Джейн задела мисс Спеллинг, она поспешила спрятать свои чувства под маску равнодушия.

– Ясно… – Она посмотрела на даму, сидевшую рядом с леди Ланзбури, – та манила ее пальцем, унизанным сапфирами. – Простите, мисс Мортимер, меня зовут.

Джейн кивнула, испытывая раздражение оттого, что от нее так быстро отмахиваются.

– Да, конечно. Не смею вас задерживать.

Граф Ланзбури посмотрел Лидии вслед и повернулся к Джейн. Ее фиалковые глаза под длинными ресницами следили за Лидией. Он едва мог скрыть изумление. Джейн сильно переменилась благодаря платью, открывавшему ее лебединую шею. Он впервые заметил ямочку у нее на подбородке и чувственный изгиб алых губ. Увидел крошечную родинку у нее на скуле. Джейн Мортимер чувственна, соблазнительна и пышет здоровьем… Но среди элегантных и утонченных гостей она явно чувствует себя не в своей тарелке.

Черты его лица смягчились, когда он понял, как, должно быть, рассердило и унизило ее бездумное замечание Лидии.

– Прошу прощения за Лидию, – проронил он. – Ей не следовало так говорить о вашем отце. Вижу, она обидела вас своей… откровенностью.

В любое другое время его вежливость и предупредительность польстили бы ей, но сейчас она пришла в замешательство и покачала головой.

– Ее так называемая откровенность граничила с грубостью!

– Мне очень жаль, что вы так расценили ее слова. Лидия американка и привыкла говорить все, что думает, – вежливо заметил он, стараясь сгладить неловкость.

– Это ее не извиняет. Я не привыкла к американцам, но вовсе не испытываю к ним предубеждения. Мисс Спеллинг не следовало говорить то, что она сказала. Я никому не позволю дурно отзываться о моем отце! Он был хорошим, умным человеком и любящим отцом. Лучшего и желать нельзя!

Лицо Кристофера вдруг сделалось отчужденным, рассеянным и даже суровым.

– Вам очень повезло, мисс Мортимер. Больше, чем вы сознаете. – Едва заметно склонив голову, он добавил: – Простите.

Она сделала шаг назад и чопорно поклонилась.

– Конечно, – произнесла она, ошеломленная странным томлением в груди.

Джейн удивилась тому, какое разочарование испытала после внезапного ухода графа Ланзбури. Она смотрела, как он оживленно беседует с гостями, собравшимися вокруг его матери. Гул голосов и смех делались все громче. Джейн поймала на себе взгляд леди Ланзбури. Хозяйка дома следила за их разговором; она не настолько погрузилась в собственные мысли, чтобы не заметить, что происходит в нескольких шагах от нее.

Джейн снова украдкой посмотрела на графа Ланзбури. Как старательно она наряжалась, надеясь, что он заметит ее! Ей хотелось что-то сделать, чтобы он вынужден был посмотреть на нее и, если не увидеть ее по-настоящему, хотя бы понять, что она обладает способностями и умом… Хотелось поймать его особый взгляд, тот, который он приберегал для других женщин, ласкающий взгляд, который без слов говорил им, что в тот миг они – самые важные для него персоны на свете. Никогда еще ни один мужчина не казался ей таким красивым и таким далеким, и никогда сердце ее так не томилось. Джейн знала, что ей предстоит побороться за его внимание. Было бы безумием считать себя ровней ему. Она заметила, как граф Ланзбури улыбнулся, глядя в лицо мисс Спеллинг. На один ужасный миг ее охватила страстная ненависть к сопернице, такая ужасная и такая неожиданная, что она сама испугалась.

Обычно Джейн не стеснялась общества и могла спокойно вступать в общий разговор, но что-то в манере держаться графа Ланзбури, который завладел вниманием окруживших его гостей, и присутствие мисс Спеллинг заставили ее держаться в тени.

Она не слышала, что он говорит, но даже издали разглядела, что его слушают не просто из вежливости. Граф буквально завораживал окружающих. Вот он рассмеялся в ответ на обращенное к нему замечание, поднял голову и заметил, что Джейн на него смотрит. Он удивленно поднял брови и возобновил разговор.

– Кристофер, полно вам! – сказала мисс Спеллинг, властно беря его под руку. – Терпеть не могу стоять на солнце. Может быть, прогуляемся?

Они стали фланировать по парку, знакомясь и обмениваясь приветствиями с другими приглашенными; Лидия плыла чуть впереди, прекрасно сознавая, какой породила переполох, и, очевидно, наслаждаясь всеобщим вниманием. Стоя на другом краю зеленой лужайки, похожей на пышный зеленый ковер, Джейн смотрела, как граф Ланзбури ведет мисс Спеллинг в сторону беседки, где сидели несколько гостей, вокруг которых сновали слуги.

Подошедшая леди Ланзбури будто прочла ее мысли.

– Итак, Джейн, вы познакомились с мисс Спеллинг. – Она глубоко вздохнула, покачала головой, наблюдая за сыном и своей будущей невесткой – оба оживленно беседовали с гостями. – Она американка – что, по-моему, многое объясняет. И она привлекательна… вы со мной согласны, Джейн?

– Как я могу не согласиться? Она очень красива.

– Да, – ответила леди Ланзбури суховато и как-то рассеянно. – У нее есть молодость, красота, прекрасные связи, богатство… и определенная известность в высшем обществе. Чего больше может мужчина желать в женщине?

Услышав задумчивое замечание леди Ланзбури, Джейн, по-прежнему наблюдавшая за парой, подумала: возможно, деньги… как и недвижимость… – вещь полезная. И у Лидии Спеллинг все это есть, ведь она единственная дочь миллионера-американца. Но была бы она так же желанна, если бы не одевалась у лучших французских кутюрье и не утопала в роскоши и богатстве? Не деньги ли порождали многочисленные взгляды и тихие намеки, которыми обменивались в обществе при ее появлении?

– Ее отец очень богат, – продолжала леди Ланзбури, – он удачно вкладывал деньги в промышленность – железные дороги, производство оружия и товары широкого потребления. Но он не вхож в светское общество. Возможно, многие считают мисс Спеллинг хорошей партией, хотя богатых выскочек не принимают в кругах потомков первых поселенцев.

– Значит, про мисс Спеллинг можно сказать, что она сделала верный ход.

– Вот именно. Судя по всему, англичанам очень нравятся ее открытость и независимость; многие находят ее очаровательной. Конечно, так оно и есть. Лидия – единственная дочь мистера Спеллинга. Ее отец весьма тщеславен. Он хочет, чтобы его дочь получила самое лучшее, по его мнению, то есть титул. Вот почему он привез ее в Европу, где ею многие восхищаются, как редким бриллиантом. Бриллиантом, созданным по меньшей мере для того, чтобы находиться в тиаре. Кристофер может дать ему то, что он хочет. Надеюсь лишь, что мой сын знает, что делает.